-Ты в самом деле думаешь, что можешь понять?

Тихо...

Девушка покрутила в руках сигарету и безжалостно раздавила ее в пепельнице.

-Ты считаешь себя умнее других?

Ветер завыл угрюмым раненым волком, попавшим в ловушку оконных стекол. Девушка помолчала.

-Я ненавижу тебя! – Бросила она, наконец, и отвернулась, чтобы не видеть презрительной гримасы на губах своего оппонента. – Я всегда тебя ненавидела.

В тишине заскользили угрожающие нотки. «Ненавижу, ненавижу!» – Вторил ветер, но вдруг смолк, словно испугавшись собственного безрассудства.

-Ты убиваешь мою жизнь. Изо дня в день ты делаешь меня несчастной. Зачем, почему?..

Бледный слабенький огонек спички неловко переметнулся на новую сигарету. Она курила ожесточенно, бросая недокуренные «бычки» в опротивевшее лицо и находя удовольствие в том, чтобы видеть искажавшую его ярость.

Это длилось долго, пожалуй даже слишком долго. Устав от обвинений, захлебываясь в табачном дыму и пьяной кофейной мути, она упала на неприбранную с утра постель.

-Спокойной ночи... – Пробормотала она, и на прощанье ей недобро усмехнулось зеркало...

***

Все это лишено смысла. Она снова схватилась за веник, но назойливая мысль заставила ее разжать пальцы. Зачем? Она окинула пустым взглядом захламленную комнату. Тебе нужен порядок? – Нет... – Тогда почему? Почти неосознанным движением она подняла веник с пола и прислонила его к стене, там, где окончательно прорвались обои. Серая кошка недоуменно посмотрела на нее и провела розовым языком по темному пятну на правой лапе. Это ты царапаешь мои стены? – Ну я, и что с того? – Нет, ничего, раз тебе это нравится... Девушка вздохнула и привычным движением наполнила рюмку мерзко пахнущим «корвалолом». Можно ли пристраститься к этой дряни? – Можно, почему нет... Запив лекарство остатками кофе, она намочила тряпку и меланхолично размазала пыль на книжной полке. Мне нравится чистота. Это достаточная причина? – Может, и да... Это кому-то нужно кроме тебя? – Пожалуй, нет. Ко мне никто не приходит, да я и не хочу видеть чужие лица. Но я все равно приберусь в квартире. – Давай, если ты того хочешь... Она составила книги, смахнула пыль с телевизора и монитора. Почему-то каждое новое движение давалось ей с трудом, словно не унимающаяся мысль «зачем?» вытягивала все силы. Не выдержав, наконец, она отбросила в сторону тряпку и сползла на пол. Оставь меня в покое! – Никогда. Девушка сидела на полу, обхватив руками колени. Черная пустота где-то в груди ныла тупой болью, но она уже почти не обращала на это внимание. Серая кошка глядела на нее из дверного проема безразличными желтыми глазами и тихонько урчала, предвкушая скорый обед. Пополнять содержание ее миски – это единственное, о чем девушка не забывала почти никогда...

***

Зачем жить, если это лишено всякого смысла?

Никто не ответил на не заданный вслух вопрос, но кошка подошла ближе и потерлась о голые ноги хозяйки.

Славная ты. Пожалуй, ты единственное существо, которое я люблю. Это лестно? Нет, должно быть, не очень...

Девушка затянулась сигаретой и выдохнула в комнату новую порцию дыма.

Раньше я думала, что одиночество – это когда ты никому не нужна. Но на самом деле гораздо хуже, когда никто не нужен тебе...

По телевизору одновременно показывают семнадцать каналов. Один за другим, их все можно прокрутить меньше, чем за минуту. Едва ли долгими вечерами, устав от книг и компьютерной ахинеи, можно отыскать развлечение лучше.

Говорить с собой – это шизофрения... Но я никогда так не поступала. Можно ли выжить в придуманном мире, мире без слов? Если да, то как долго?..

Кошка мудрыми желтыми глазами смотрела на непутевую человеческую девушку. Она не говорила и не могла говорить, но этого от нее и не требовалось, ибо она умела слушать. Слушать не сказанное, слушать мысли. Глупые мысли глупой девчонки...

Ваш комментарий


Вы должны войти в систему, чтобы оставить комментарий.