Утром, вернее, уже днем, я опоздала на встречу с подругой, потому что вдохновение двинуло по голове - и я шлепнулась коленями на пол, разложила тетрадку на кровати и настрочила драббл. По возвращении дала прочитать маме. После долгого молчания она только и сказала: "Выкладывай". Вернее, не только, мы еще говорили, собственно, о Цунаде и Наруто, о том, что Наруто повел себя очень логично в соответствии со своим возрастом и своей жизненной ситуацией, о том, почему Цунаде не обиделась на обвинение, почему она поняла Наруто полностью, и почему Наруто, когда горе слегка утихнет, и он сможет подумать, все поймет. Много чего говорили, в общем-то. Но все это как-то само собой разумеется. Такое вот предисловие к драбблу, написанному мной не по заявкам, а для самой себя.

* * *
Сегодня Генма был до странности задумчив. Райдо встревоженно на него поглядывал, но молчал, и это тоже было недобрым признаком — Намьяши чувствовал малейшие перепады в настроении напарника, и его плотно сжатые губы ничего хорошего не предвещали.
Провожать одного из Великих Саннинов практически все шиноби старшего поколения, находившиеся на этот момент в Конохе, собрались вместе — и при этом каждый переживал свое горе самостоятельно. Этот человек был важен для всех них — как личность или как символ, это уже не имело значения. Они пили молча, и Ирука сидел чуть в стороне, только Какаши упрямо оставался рядом с ним. Изумо и Котетсу прислонились друг к другу плечами, вид у них был непривычно тихий и усталый, в угол того же дивана забилась, опустив голову и подтянув к груди колени, Шизуне. И как-то так получилось, что Анко судорожно, до побелевших пальцев сжимала ладонь Морино Ибики. И по чистой случайности Генма оказался как раз напротив Куренай, которую обнимал за плечи отстраненный Шикамару с застывшим лицом, отнюдь не выглядящий здесь лишним.
- Какого черта мы здесь делаем? - неожиданно почти с тоской спросил Ширануи, глядя в пространство. - Нам-то что от этого всего?
- Нам всем был важен этот человек, - мягко возразила Куренай.
Генма зло оскалился:
- Правда что ли?
Юхи прикрыла глаза и не ответила — она понимала. А Генма больше ничего не сказал. Привычно сдержал вертевшееся на языке: «А как для вас выглядит одиночество?» - но несколько человек этот вопрос все равно словно услышали.
Какаши вспомнил Обито, и печальные глаза Рин, и почти равнодушный усталый взгляд Четвертого Хокаге после вести о смерти жены. Ирука — себя и Наруто, сгорбившегося на скамейке. Куренай старалась не вспоминать, а рука Шикамару ободряюще сжалась на ее плече. Анко и Югао кривовато улыбались друг другу, Ибики сжал пальцы Митараши в ответ, Райдо думал о напарнике, окончательно замкнувшемся в себе после смерти Хайяте, а Генма... а у Генмы перед глазами стояла Цунаде. Сильная, уверенная в себе Цунаде, Пятая Хокаге, оплот надежности и спокойствия. Молча и страшно рыдающая, прислонившись к стене. Такая хрупкая и беззащитная. Такая одинокая.

Ваш комментарий


Вы должны войти в систему, чтобы оставить комментарий.